НОВОСТИ

Фермер жжет: правильно и неправильно

ТЕГИ:

Александр Гончаров, научный сотрудник по агрономии, ООО «Агросфера»

Самый быстрый способ перестать быть бедным - прекратить изображать из себя богатого. Этот принцип работает как в отношении отдельного человека, так и на уровне государства. Благополучие Западной Европы строится на бережливом использовании природных ресурсов, например, раздельные контейнеры для различных видов мусора, на привычной, на уровне рефлексов в повседневной жизни. Поэтому представления о сырье, продукции или отходах там отличаются от тех, которые подразумевала советская экономическая теория.

Наглядный пример: в список наиболее востребованных позиций Украинского экспорта в ЕС, наряду с зерновыми, медом и соломой, входит и позиция под загадочным названием «отходы пищевого производства». Это отруби, высевки и прочие отходы переработки хлебных злаков или бобовых культур; гранулы из мяса или мясных субпродуктов; части рыбы, ракообразных, моллюсков и прочих водных беспозвоночных, непригодные для употребления в пищу, шкварки(!); свекольный жмых; отходы пивоварения и винокурения и т.д.

Зачем этот мусор (за который было заплачено €380 млн) нужен процветающей Европе? В Европе все это является сырьем для изготовления кормов для животных. А у нас – отходы…

Если Украина действительно настроена жить по-европейски, то использование имеющихся ресурсов тоже должно быть европейским. И унаследованное от СССР деление урожая на товарную и нетоварную части в таких обстоятельствах необходимо пересматривать. Делать это должны не теоретики-экономисты и не налоговики-практики (не дай Бог!), а производители сельхозпродукции, которых величают у нас труднопроизносимым словом «сельхозтоваропроизводители» или европеизированным термином «аграрии».

Нетоварная часть урожая, отходы, сырье и экспортный товар – так часто называют вполне конкретный материальный объект (и называют отходами), другие – продать (это уже товар), а третьи – что-тог из него производить (отходы превращаются в сырье). Как говорится, как лодку назовете, так она и поплывет…

Одним из видов недооцененного сырья, которого имеется много во всех хозяйствах, является солома. В буквальном смысле превратить ее в золото не получится, но путем нехитрых действий (без алхимии и нанотехнологий) из этого бесхозного ресурса вполне можно получить неплохую прибыль.

Фото 1. Фермер жжет: правильно и неправильно

Тактика «выжженной земли»

До наступления индустриализации сельского хозяйства солома использовалась как строительный материал, утеплитель (ею застилали полы и набивали матрасы), корм для скота, топливо, удобрение, материал для изготовления циновок (японские татами), головных уборов, одежды и обуви. Японцы до начала XX века в дождь и холод носили соломенные плащи мино, а в жару - соломенные шляпы. Походной обувью самураев были соломенные сандалии варадзи, а копыта их лошадей вместо подков защищала своеобразная соломенная «обувь». Из соломенных циновок китайцы и корейцы даже делали паруса для своих кораблей. Однако многое из этого уже осталось в прошлом. Доступность других материалов избавила от необходимости применять поднадоевшую за сотни лет солому, устойчиво ассоциируемую с бедностью и необразованностью.

Конечно, ее продолжали использовать как подстилку и корм для скота, запахивали в почву и применяли в качестве топлива. Но с течением времени солома превращалась в обременительные излишки. В Европе после Второй мировой войны большую часть соломы стали просто сжигать на полях. Даже в Японии она оказалась ненужной. Чтобы предотвратить распространение пикуляриоза риса, японцы тоже стали ее сжигать. Не исключением был и СССР. Постановление НКЗ СССР от 31 июля 1932 г. обязывало совхозы и колхозы сжигать жнивье на всех полях, убранных комбайнами, если оно окажется подходящим для сжигания. Таким способом пытались бороться с болезнями, сорняками и вредителями, а также облегчить последующую обработку почвы. Впрочем, часть соломы все-таки вывозили для потребностей животноводства. Но с каждым шагом к «светлому будущему» становилось все меньше скота. Последние судорожные попытки КПСС задержаться в истории, именуемые «перестройкой», поставили жирную точку на существовании некоторых отраслей сельского хозяйства.

Катастрофическое сокращение поголовья скота в конце 1980-х - начале 1990-х гг. сделало сжигание соломы повсеместной практикой. В том числе и в Украине. Несмотря на все запреты, традиция не прекращается и поныне.

Что же в итоге подобных «игр со спичками» теряет почва и земледелец?

Фото 2. Фермер жжет: правильно и неправильно

Об экономии и жадности

В соломе содержится немалое количество макро- и микроэлементов, поэтому возникает вопрос: а зачем ее жечь, если солома может стать удобрением? По данным НИИСХ ЦЧП им. В.В.Докучаева, в одной тонне соломы зерновых культур содержится около 5 кг азота, 2,5 кг фосфора, 8 кг калия, 35-40% углерода в органической форме. При среднем урожае зерновых 3 т/га (типичная урожайность для засушливых регионов Украины) на поле остается примерно столько же соломы, сколько собрано зерна. При заделке трех тонн соломы в почву может вернуться в среднем 10-12 кг азота, 3-4 кг фосфора, 25-27 кг калия, 0,2 кг цинка и несколько десятков грамм других микроэлементов (совокупно). При более высоком урожае соломы остается больше, количество возвращаемых в почву элементов питания тоже увеличивается.

Американские ученые (D.Tarkalson, B.Brown, H.Kok, D.L.Bjorneberg, 2009) подсчитали, сколько стоит тонна соломы, если оценить содержащиеся в ней элементы питания. Для расчетов они брали среднюю стоимость 1 кг д. в. NPK и среднее содержание этих элементов. Расчет велся как для минимальных цен (N - 0,5 $/кг, Р - 0,55 $/кг и К - 0,31 $/кг), так и для максимальных (N - 1,4 $/кг, Р - 2 $/кг и К - 1,04 $/кг). При минимальных ценах на минеральные удобрения (рынок колеблется!) тонна соломы зерновых оценивалась ими примерно в $8, а при максимальных ее стоимость достигала $25-27. При этом они использовали другие данные для подсчета содержания элементов, чем принято в Украине: азота - 8 кг/т, а фосфора - 1,2. Если провести подобный расчет, исходя из актуальных украинских цен на аммиачную селитру, аммофос и хлористый калий, то итоговая цифра производит приятное впечатление. Эквивалентное количество фосфора содержится в 3 кг аммофоса (10:52), стоимость которого (из расчета 15 тыс. грн/т) составляет 45 грн. Четыре килограмма азота д. в. в пересчете на аммиачную селитру стоят не менее 100 грн, 30 кг д. в. калия - 50-60 грн. Микроэлементы «оптом» можно оценить в 30-35 грн. Таким образом, тонна соломы может сэкономить 230 грн при внесении удобрений. А четыре тонны, которые остаются после уборки урожая в хороший год, - почти тысячу. На тысяче гектаров ежегодно - миллион. Однако появление новых миллионеров мы не наблюдаем, а вот горящую стерню видим регулярно.

Для того чтобы солома разложилась в почве, то есть произошла минерализация органического вещества, необходимы некоторые условия. Прежде всего, наличие микроорганизмов (бактерий и грибов) в почве, а также оптимальных для них условий - влажность, температура, аэрация. И кое-что еще.

В начале XIX века английский химик Humphry Davy, более известный своими исследованиями в области электрохимии, говорил о целесообразности запахивания неперегнившей соломы для удобрения почвы. Его современник, немецкий ученый Albrecht Daniel Thaer, имел прямо противоположное мнение. Он считал, что непосредственное внесение соломы в почву снижает урожайность последующих культур. Кто же из них прав? Как ни странно, оба!

Макро-, мезо- и микроэлементы, содержащиеся в соломе, входят в состав органических веществ или находятся в своеобразной оболочке. Органические вещества соломы относятся к так называемым безазотистым и представлены в основном целлюлозой, гемицеллюлозой и лигнином. Именно они должны быть разрушены почвенными организмами для того, чтобы разложившаяся солома высвободила содержащиеся в ней элементы питания. Вначале разлагаются простые углеводы, гемицеллюлоза, белковые соединения, затем - целлюлоза и в последнюю очередь лигнин.

При разложении внесенной в почву соломы происходит трансформация ее органического вещества в двух направлениях: до конечных продуктов - углекислоты, воды и минеральных элементов, то есть минерализация; до образования стабильных гумусовых веществ - гумификация.

При разложении соломы не наблюдается ни обогащения, ни обеднения почвы минеральным азотом, если С:N = 20-30. Если соотношение С:N <20, то преобладают процессы минерализации. Это характерно для разложения богатых азотом растительных остатков бобовых. А при соотношении С:N >30 резко увеличивается скорость иммобилизации азота в почве, так как развивающимся микроорганизмам не хватает азота разлагаемого органического вещества и они поглощают минеральный азот почвы.

В соломе злаков и крестоцветных соотношение С:N составляет примерно 1:70-80. Поэтому солома этих культур разлагается медленно, да еще и «тянет» из почвы нитратный азот. Для сравнения: в навозе С:N = 20-25, в почве С:N = 8-12.

Именно в этом и заключается причина различной оценки соломы как удобрения. Без дополнительного внесения азота солома «не работает»! Более того, целлюлозоразлагающие микроорганизмы воспользуются азотными удобрениями, которые были предназначены для посевов культур. Этот азот через некоторое время вернется, но, как известно, дорога ложка к обеду, и в результате вполне возможен недобор урожая. А вот внесение соломы 3-4 т/га с компенсацией азота (из расчета N 10 кг/т соломы) по своему влиянию на повышение плодородия почвы и урожайность соответствует внесению 18-20 т/га навоза. Так что, перефразируя набивший оскомину рекламный слоган, «просто достаточно добавить... азота».

Однако жадность может сыграть коварную шутку! Использовать по 10 кг азота в д. в. на тонну соломы - это внести в среднем 1 ц аммиачной селитры на гектар. При нынешних ценах это составляет 800-900 грн/га. В этом случае солома за сезон успеет разложиться, и последующая культура воспользуется и внесенной селитрой, и минеральными веществами разложившейся соломы. На сумму примерно 1000 грн.

То есть за год внесение селитры для разложения пожнивных остатков приносит 100%-ную прибыль. Тем более что необязательно заделывать азотные удобрения в сухом виде. Опыты показали, что внесение азотных удобрений в виде раствора (КАС или водный раствор аммиачной селитры) позволяет сократить их норму до 5-6 кг д. в./т соломы. То есть прибыль может оказаться и 150-200%.

Но прежде чем считать дивиденды, необходимо «инвестировать» несколько сотен грн на гектар в деятельность целлюлозоразрушающих бактерий. Однако непреодолимое желание сэкономить не имеет с экономией ничего общего, это просто слепая жадность. Не стоит отказываться от умеренных трат сейчас, поскольку через год придется выложить в два раза больше.

По подсчетам исследователей, для сохранения органического вещества почвы требуется ежегодно вносить примерно 1,5 т органического углерода, то есть минимум 2 т соломы на гектар. И если ее сжигать, то теряется не только выгорающий азот, но и ускоряется деградация почвы.

Фото 2. Фермер жжет: правильно и неправильно

Убытки от сжигания

При сжигании соломы происходит не только уничтожение строительного материала для образования гумуса, но и органического вещества в верхнем слое почвы. По поводу масштабов ущерба мнения разнятся.

Достаточно часто публикуются следующие данные: при сжигании температура на поверхности почвы достигает +360°С, а на глубине 15 см - около +50°С. Выгорание гумуса и полезной микрофлоры происходит в слое до 5 см, потери гумуса составляют 12-30%, почвенной влаги -10-25%. Оппоненты же утверждают, что выжигание соломы в худшем случае просто кратковременно нагревает поверхность почвы.

Причина столь разной оценки последствий сжигания растительных остатков - в условиях проведения рукотворного пожара. Значение имеют три фактора: общее количество растительных остатков (т/га или кг/м2), равномерность их распределения (скирды, копны, валки и т. д.) и время горения. Глубина и температура прогреваемого слоя почвы зависят от скорости ветра, которая определяет срок горения соломы и направление градиента потока тепла. Прогревание почвы возможно при скорости ветра на высоте 50 см от поверхности почвы не более 3-4 метров в секунду. При наличии более сильного ветра идет быстрое горение без передвижения тепла в глубину почвы. Существует прямая зависимость прогрева от количества соломы. При сгорании 5 т/га соломистых остатков слой почвы, прогретый до температуры более +100°С, составляет 5 мм. На каждую тонну сожженной соломы глубина прогревания увеличивается на 1 мм (количество соломы от 0 до 5 т/га). Если солома расположена локально (в скирдах или валках), то негативный эффект от ее сжигания по сравнению со сжиганием того же количества соломы, равномерно распределенной по поверхности поля, возрастает во много раз. В опытах Ю. С. Тормозовой сжигание соломы в копнах уменьшало содержание гумуса в слоях 0-5 и 5-10 см по сравнению с контролем (6,8 и 6,6%) на 3,3% и 2,5% соответственно, а его потеря в этом слое почвы составила 49%. При сжигании соломы в валках содержание гумуса в слоях 0-5 и 5-10 см уменьшается на 1,4%, то есть потери гумуса возрастают на 20,3%. Под сгоревшей соломой вразброс потери гумуса составляют 14,7% в слое почвы глубиной 5 см и 12,3% в слое почвы глубиной 5-10 см.

По данным других исследователей (Е. И. Трубилин, 1996), потери гумуса при сжигании 6 т/га незерновой части урожая в слое 0-5 см на обыкновенном черноземе составили 2,89 т/га, или 12,5% от его исходного количества до сжигания, а на черноземе выщелоченном - 7,31 т/га, или 30,6%. При сжигании 2 т/га растительных остатков потери гумуса на этих типах почв составили соответственно 0,4 т/га, или 1,7%, и 2,09 т/га, или 9,8%.

По данным того же автора, сжигание растительных остатков в количестве 6 т/га приводит к повышению температуры верхнего слоя почвы до +260-368°С, при 4 т/га - до +195-315°С, при 2 т/га - до +110-162°С. Воздействие огня на изменение температуры почвы происходит кратковременно в течение 30-40 сек., при этом на глубине более 5 см изменение температуры почвы происходит в небольших пределах и не превышает +30-45°С. То есть наибольшему воздействию подвергается поверхность почвы.

Но ущерб не ограничивается потерей гумуса и испарением влаги. Лишенная растительных остатков поверхность почвы сильнее прогревается солнцем, продолжая терять влагу. К тому же усиливается эрозия почвы. По С. Ю. Булыгину, каждые 10% покрытия поверхности почвы остатками увеличивают коэффициент противоэрозионного действия на единицу. То есть при 100%-ном укрытии соломой коэффициент равен 10, при укрытии менее 10% - единице. «Раздетая» почва быстро выдувается ветром и вымывается осадками.

Огонь уничтожает микроорганизмы, ответственные за трансформацию органического и неорганического вещества почвы. В опытах Ю. С. Тормозовой сжигание соломы вразброс приводило к снижению фосфатной активности на 5,3% в слое 0-5 см и на 4% - в слое 5-10 см. Инвертазная активность падала на 11,6% в слое 0-5 см и на 8% - в слое 5-10 см. Уреазная активность сократилась в слое 5-10 см на 4,5%. То есть КПД почвы, как своеобразного «биореактора», значительно уменьшается. Горение, как известно, сопровождается не только выделением тепла, но и поглощением кислорода. При сгорании 3 т соломы/га из приземного слоя воздуха используется 2,83 т кислорода с образованием 4,19 т углекислого и угарного газа, 56 кг оксида азота. Угарный газ, окислы азота и частицы золы в воздухе явно не добавляют здоровья тем, кому не посчастливилось оказаться на безопасном расстоянии от горящего жнивья.

Однако иногда солома оказывается явно лишней на поле. И именно эти ситуации служат аргументом для ее уничтожения с помощью огня.

Солома в роли собаки на сене

Основные компоненты растений, которые попадают в почву, - это целлюлоза (40%), гемицеллюлоза (30%) и лигнин (25%). Эти вещества разрушаются в почве с образованием множества химических соединений. Некоторые продукты разложения соломы (фенолы, колины, масляная, уксусная и пропионовая кислоты) неблагоприятно влияют на рост растений, семена которых были высеяны в почву, содержащую значительное количество растительных остатков. Пшеничная солома, оставленная на поверхности земли, иногда приводит к снижению урожая при посеве стерневых культур. Водные кислотные экстракты соломы злаков ингибируют рост корня и побегов пшеницы, кукурузы и сорго. Степень угнетения зависела от продолжительности перепревания и была наибольшей, когда солома разлагалась в течение 2-6 дней; продолжительное хранение соломы или выветривание в поле пшеничной стерни способствовало уменьшению этого угнетающего действия.

Степень ингибирования зависит от времени разложения растительных остатков, а также от того, насколько почвенно-климатические условия благоприятны для этого процесса. Фитотоксичность соломы озимой пшеницы проявляется в неблагоприятные (засушливые) годы значительно сильнее, чем в годы с нормальным количеством осадков. Оптимальная температура разложения клетчатки составляет +28-30°С и влажность почвы 60-70% от полной ее влаг-емкости. Поэтому при коротком интервале между уборкой предшественника и посевом (менее 3 месяцев) и при неблагоприятных условиях для разложения соломы (отсутствие влаги, оптимальной температуры, дополнительного внесения азотных удобрений) могут возникнуть проблемы с появлением всходов и развитием молодых растений. Ингибирующий эффект свежей соломы на появившиеся всходы проявляется при температуре более +20°С и нормальной влажности почвы в течение 1-1,5 месяца.

Посев мелкосемянных культур (озимого рапса, в частности) в почву, содержащую большое количество соломы, имеет и другие негативные последствия. Солома активно впитывает осадки, поэтому семенам рапса иногда не удается получить достаточное количество влаги для набухания и прорастания. Грубые растительные остатки препятствуют равномерному распределению семян и мешают их контакту с почвой. В результате часть всходов «подвисает» среди соломин в почве и погибает. Поэтому немецкие специалисты по выращиванию озимого рапса настойчиво рекомендуют избегать посева на подобных полях. Лучшим вариантом считается поле, которое перед основной обработкой почвы было избавлено от соломы. Солому лучше вывезти. И сжечь... с выгодой для себя.

Фото 4. Фермер жжет: правильно и неправильно

Соломенный фундамент энергонезависимости

«Сжигать нефть все равно, что топить печку ассигнациями», утверждал в конце позапрошлого века Д. И. Менделеев. То же самое можно сказать и о закупке импортного газа и угля для отопления. Ведь в логической цепочке «приобрести топливо за деньги - сжечь топливо» покупатель фактически превращает в дым собственные деньги, потраченные на приобретение топлива. Поэтому для немцев или британцев своя солома гораздо выгоднее, чем чужие нефть, газ и уголь. Причем политическая выгода в этом случае важнее экономической. Для стран Западной Европы энергетическая зависимость от российского «Газпрома» -вопрос болезненный. У нас на эту тему когда-то высказывался Ющенко в годы своего президентства. Дескать, «соломой надо топить, но быть независимыми». Впрочем, он же говорил и о том, что «будущее своих детей никогда не доверяйте политикам». Вторая фраза оказалась гораздо ближе к истине, чем первая... Энергетическая независимость многих стран действительно опирается на «соломенный фундамент», но Украины в этом списке пока нет. Ведь делать деньги «из газа» некоторым нашим согражданам удается настолько же легко, как делать деньги из воздуха. Даже если из-за этого страдает национальная гордость страны и бюджет ее жителей. В Украине каждый год образуется 45-50 млн т соломы зерновых колосовых и зернобобовых культур. Если ориентироваться на то, что 10% этой соломы не могут быть использованы ни как удобрение, ни как корм для скота, то примерно 5 млн т можно применить в качестве топлива. С каждого убранного гектара зерновых возможно, кроме зерна, получить еще в среднем 3 т соломы, которые по теплотворной способности эквивалентны 1000 м3 природного газа. Газа, который закупается Украиной окольными путями, за тысячу кубов которого населению приходится платить более 7 тыс. грн. Непривычно? Вероятно, да.

Хрестоматийный пример - бензин. Мы привыкли рассматривать его как дорогой энергоноситель и не мыслим без него современной жизни. А в конце XIX века его считали непригодными отходами производства керосина и вместе с другими нефтепродуктами (тяжелыми и легкими фракциями перегонки нефти) сжигали столь же привычно, как наши аграрии сжигают на поле солому. Наглядный пример того, как комплексно можно решить проблему утилизации «лишней» соломы, сократить затраты на энергетику и не кланяться северному соседу, можно увидеть на севере Европы.

В 1976 г. Дания начала поиск альтернативы традиционным энергоресурсам, расширяя применение возобновляемых источников энергии. К 2020 г. Дания планирует 30% от общего энергоснабжения получать за счет использования возобновляемых ресурсов. Поэтому из ежегодно «выращенных» 6 млн т соломы в этой стране для производства энергии используют примерно 1,5 млн т. Сегодня в Дании работает более 10 тыс. фермерских котлов на соломе, 55 котельных в системе централизованного теплоснабжения, а также 8 ТЭЦ и 4 электростанции. Центральные электростанции ежегодно используют 1,4 млн т биомассы, из которых 1 млн т приходится на солому. При этом датчане охотно делятся своим опытом и наработками. В последние годы датская котлостроительная компания «Пассат» продала по всей Европе только малых котлов (до 300 кВт) более 120 тыс. Котел мощностью 100 кВт в состоянии отапливать помещение площадью до 1200 м2.

В Великобритании работает одна из самых крупных в мире электростанций на соломе мощностью 38 МВтэ, ежегодно потребляющая около 200 тыс, т соломы. В Испании работают две тепловые электростанции, одна из которых утилизирует ежегодно 160 тыс, т соломы, а другая - 102 тыс, т. Причем планируется строительство еще семи таких электростанций в ближайшее десятилетие. Впрочем, подобные технологии использует не только Европа. Первая электростанция мощностью 25 МВт на биомассе (отходы переработки хлопка и кукурузы) была введена в эксплуатацию в 2006 г. в провинции Шаньдун на востоке Китая. В КНР в период с 2006 г. по 2012 г. компания DP CleanTech ввела в эксплуатацию 34 электростанции на соломе общей мощностью 1200 МВтэ. При этом ТЭС мощностью 30 МВтэ в Liaoyuan, поставляющая 200 ГВт-ч/год электроэнергии, ежегодно сжигает 160 тыс. т соломы. Государство гарантирует в течение 15 лет субсидировать генерацию электроэнергии из биомассы путем доплаты 0,25 юаня за каждый киловатт-час выработанной энергии.

Таблица. Среднее содержание элементов питания в соломе сельскохозяйственных культур

Как утверждают голландские ученые, из соломы даже можно делать автомобильное топливо. Солома может служить исходным сырьем для производства биогаза и дизельного топлива: из 1000 кг соломы получается до 700 кг дизельного топлива, оптовая стоимость тонны которого составляет $450.

А что у нас? Первый соломосжигающий котел мощностью 980 кВт был установлен в Украине в селе Дрозды Киевской области в агрофирме «ДиМ». Это произошло в 2000 г. в рамках украинско-датского пилотного проекта, в котором НТЦ «Биомасса» выступил в качестве субподрядчика. Успешная работа первого котла привела к тому, что украинская компания «ОАО «ЮТЭМ» («Южтепло-энергомонтаж») приобрела у датской компании Passat Energy лицензию на производство котлов периодического действия в Украине мощностью до 1 МВт. Первый котел украинского производства заработал в январе 2006 г. в селе Струтинцы Винницкой области в фермерском хозяйстве ООО «Рапсодия». Общая стоимость проекта составила примерно 200 тыс. грн (то есть 40 тыс. у. е. на то время). Себестоимость тепловой энергии с учетом амортизационных затрат в 2008 г. была примерно 42 грн/Гкал.

В сельской местности эксплуатируются около 100 котлов и теплогенераторов на тюках соломы совокупной мощностью 70 МВт. При этом потенциал оборудования, необходимого для сжигания ежегодно образующихся 5 млн т «лишней» соломы, оценивается в 113 тыс. фермерских установок мощностью 0,1-1 МВт и в 700 установок централизованного теплоснабжения мощностью 1-10 МВт. Удалось наладить выпуск топливных брикетов и пеллет (примерно 75 тыс. т в год). Производство брикетов экономически выгодно, так как оптовая цена тонны - €100, а себестоимость производства не превышает €50-55. Компания «Смарт Энерджи» (собственник работающего завода «Вин-Пеллета») планирует построить 20 заводов с общим годовым объемом производства 2,5-3 млн т гранул из соломы. Однако, как можно догадаться, эта продукция предназначена для реализации на внешнем рынке. А у нас? А у нас - российский газ... Впрочем, в конце 2015 г. вполне серьезно обсуждался проект электростанции в Хмельницкой области мощностью 44 МВт, работающей на соломе. Но так как в этом проекте задействовано много сторон (инвесторы - киприоты, генподрядчики - датчане, а согласовывать будут украинские бюрократы), то он может повторить судьбу воза из басни Крылова, который «и ныне там». Тем более что необходимые €175 млн надеются получить из разных источников: от Европейского банка реконструкции и развития, многостороннего агентства по инвестиционным гарантиям, частных инвесторов из Великобритании и Ирландии. В этом случае стоит воспользоваться принципом «спасение утопающих - дело рук самих утопающих». И если среднестатистический немецкий фермер вместо 30 т солярки, необходимой ему для отопления, может использовать 60 т рапсовой соломы (250 тюков), то это же в состоянии сделать и украинский фермер. Единственное отличие - поддержки подобного проекта от государства, в отличие от Германии, у нас вряд ли дождешься.

«Теперь не время думать о том, чего у тебя нет. Подумай о том, как бы обойтись с тем, что есть». Старый рыбак из повести Хемингуэя «Старик и море» знал, что в море человек обречен быть самодостаточным. А у нас самодостаточным должен быть и тот, кто работает на земле. И не стоит отказываться от того, что земля предлагает, даже если это просто солома.

ВИДЕО
СОБЫТИЯ